1 Философия свободы человека

1.1 Понятие свободы

Свобода - в истории это понятие претерпело длительную эволюцию - от отрицательной (свобода «от») до "положительной" (свобода «для») трактовки. Философия свободы человека была предметом размышлений Канта и Гегеля, Шопенгауэра и Ницше, Сартра и Ясперса, Бердяева и Соловьева. Свобода рассматривалась в соотношении с необходимостью («познанная необходимость»), с произволом и анархией, с равенством и справедливостью. Диапазон понимания этого понятия чрезвычайно широк - от полного отрицания самой возможности свободного выбора (в концепциях бихевиоризма) до обоснования «бегства от свободы» (Э. Фромм), в условиях современного цивилизованного общества.
Философы давно поняли, что в природе личности заключена некая тайна - тайна, связанная с сознанием, памятью и жизнью психики.
Утверждение Локка, что личности не просто человеческие животные, в ХХ веке в той или иной форме признавали едва ли не все философы, даже не разделяющие других его взглядов.
Проблема свободы воли связана с проблемой причины и действия, а также с проблемами философии религии и моральной философии.
Свобода действительно «сладкое» слово, не зря филологи полагают, что этот термин восходит к санскритскому корню, означающему «любимый». «Живи свободно или умри» - в этом девизе американского штата Нью-Хемпшир заключено достаточно глубокое содержание.
Некоторые философы пытались провести различение между позитивной свободой, или свободой делать (поступать), и негативной свободой, свободой «от». В послании Рузвельта упоминаются две позитивных свободы (свобода говорить и поклоняться) и две негативных свободы (свобода от страха и нужды). Однако различие между свободой делать и свободой «от» не имеет большого философского значения. Ведь свобода делать и свобода «от» зачастую лишь две стороны одной медали. Так, в социальном или политическом контексте свобода от цензуры означает то же, что свобода говорить и писать то, что считаешь нужным, свобода от преследования за вероисповедание означает то же, что свобода поклоняться, кому считаешь нужным, или не поклоняться вовсе. Короче говоря, основное различие между свободой делать и свободой «от» имеет обычно чисто словесный характер. Поэтому мы не будем учитывать предполагаемое различие между позитивной и негативной свободой.

1.2 Свобода воли

Говоря о становлении представлений о ценности человека, нужно подчеркнуть, что это понятие универсальное и несводимо к "полезности" человека для общества. Попытки делить людей на "нужных" и "ненужных" порочны по самой сути, ибо их реализация неминуемо порождает произвол, ведущий к деградации и человека и общества. Ценность человеческой личности в определенном смысле выше всего того, что делает или говорит данный человек. Ее нельзя свести к труду или творчеству, к признанию со стороны общества или группы людей. Как объективные критерии (плоды труда, акты творчества), так и их субъективная оценка со стороны современников грешат односторонностью. История многократно доказывала, что истинный масштаб и направленность деяний и помыслов многих личностей становится очевиден спустя много лет, а то и столетий. Ценность многих исторических деятелей и их трудов как бы непрерывно возрастает и, в то же время, немало примеров, когда время развенчивает дутые авторитеты. Поэтому ценность человека в принципе несоизмерима только с плодами его деятельности. Оставляя после себя вещи, детей и идеи (заветы), человек не может быть сведен к сумме этого наследства.
Однако в жизни возникают непростые вопросы - чем в принципе отличается продажа своих рук или мозга от продажи своих органов и вправе ли человек распоряжаться в этом отношении сам собой? Очевидно, ответы типа "или да или нет" не могут удовлетворить, и приходится анализировать эту сложнейшую проблему. Решать ее нужно с учетом того, что человек является не только материальным, но и духовным существом, а последний род ценностей не имеет стоимостных характеристик. Образно говоря, человека можно купить и продать целиком или частично, он сам вправе это сделать, но необходимо помнить, что самое страшное, говоря словами Гёте – «продать душу дьяволу, отказавшись от самого себя».
Важным феноменом меры культуры являются вещи, производимые человеком на протяжении всего исторического пути. Мир вещей обнимает собой все - от древнейших пирамид до суперсовременных компьютеров и ускорителей, космических аппаратов и полимеров. Этот мир материальной культуры, созданный людьми для удовлетворения своих потребностей, представляет как бы "неорганическое тело" человека, многократно усиливая его мощь, опредмечивая его способности и таланты. Вещный мир стал "второй природой" человека и не случайно ценностное отношение к нему является достаточно точным критерием личности самого человека. Вопрос о соотношении ценности человека, его жизни и здоровья и его имущества всегда был центральным для любой мировоззренческой системы. Все религии сурово осуждают стремление к накоплению материальных ценностей, жадность, алчность. Христианство считает людей, погрязших в вещах и чувственных удовольствиях, "плотскими", не способными на душевность и духовность. Делиться своим имуществом с бедным - один из "столпов" ислама, обязательное правило поведения мусульманина. Буддисты считают, что отказ от накопления вещей - один из первых шагов на пути к просветлению.
Сущность проблемы ценности и оценки мира вещей состоит в том, чтобы уяснить пределы этого мира и их влияние на развитие личности человека. Очевидно, что люди не могут обходиться каким-то минимумом вещей, а идеалы аскетизма никогда не имели широкого распространения. Столь же очевидно, что нет и верхнего предела насыщения этого мира, а количество вещей в мире умножается. Более того, одной из причин острого экологического кризиса является накопление в природе отбросов человеческой цивилизации, которые не могут быть ею утилизированы (пластмассы, полимерные материалы и т.д.). Переработка ресурсов планеты в вещи идет ускоренными темпами, что порождает, с одной стороны, серьезную озабоченность ученых и политиков, а с другой, массовые движения за отказ от беспредельного потребления и добровольное самоограничение (гандизм). Л.П.Чехов вложил в уста одному своему герою такие слова: «Человеку нужны не три аршина земли, не усадьба, а весь земной шар, вся природа, где на просторе он мог бы проявить все свойства и особенности своего свободного духа». Если учесть, что рост населения Земли идет достаточно быстрыми темпами, а ресурсы ее ограничены, то ясно, что без самоограничения не обойтись, но это требует выработки соответствующей системы ценностей у каждой личности.
Распространенное мнение, что богатство развращает человека, губит его, а бедность способствует моральному поведению, рождалось и поддерживалось в моменты острых социальных катаклизмов, при резкой поляризации общества. Не зря все мировые религии, особенно в начале своего возникновения, были религиями бедных, обездоленных, угнетенных. Они обращали взоры своих приверженцев от тленных земных богатств к вечным небесным ценностям. Позже, когда церкви сами становились собственниками и владели значительными богатствами, отношение к миру вещей несколько изменялось.
Атеисты, не уповая на жизнь вечную, призывали всячески пользоваться благами земными. С.М. Достоевский видел в этом основной порок идей социализма, ибо человек, непрерывно потребляющий материальные блага и удовлетворяющийся, физически обращается либо в животное, либо в машину. Л.Н. Толстой предсказывал, что люди в будущем обществе будут "наслаждающимися комками нервов". С проблемой удовлетворения "непрерывно растущих потребностей" населения столкнулись так или иначе все общества, пытавшиеся провести в жизнь социалистические идеалы. Не случайно в этих странах везде осуждалось «потребительство», насаждалась идеология уравнительности, близкая к аскетическим стандартам жизни. При этом происходило подпольно значительное расслоение общества, образовывалась потребительская элита при обеднении значительной массы населения. Понятно, что в таких условиях призывы к служению высоким идеалам и личной скромности выглядели как насмешка.
Вещи сами по себе в ценностном отношении нейтральны, как и сам феномен свободы, хотя человечество в течение тысячелетий мечтало переплавить «мечи на орало». Ценностное отношение возникает только в том или ином социальном контексте. С одной стороны, как говорят в отношении ученых и науки: "Что бы они не сделали, у них все равно получается оружие». С другой стороны, представление о том, что есть "мирный" атом в корне отличающийся от «военного», рухнуло после чернобыльской катастрофы. Следовательно, человечеству приходится все время сталкиваться с этим противоречием, непрерывно давая оценку новым явлениям в жизни человека и общества и вписывая их в традиционные системы ценностей. В полной мере это относится и к системе духовных ценностей и их роли в становлении личности.
Духовные ценности - это своеобразный духовный капитал человечества, накопленный за тысячелетия, который не только не обесценивается, но и, как правило, возрастает. Природа духовных ценностей исследуется в аксиологии, т.е. в теории ценностей, которая устанавливает соотношение ценностей с миром реальностей человеческой жизни. Речь идет, прежде всего, о моральных и эстетических ценностях. Они по праву считаются высшими, ибо во многом определяют поведение человека в других системах ценностей.
Для моральных ценностей основным является вопрос о соотношении добра и зла, природе счастья и справедливости, любви и ненависти, смысла жизни. В истории человечества можно отметить несколько сменяющих друг друга установок, отражающих разные системы ценностей, формирующих соответствующий тип личности. Одна из наиболее древних - это гедонизм, т.е. установка, утверждающая наслаждение как высшее благо жизни и критерий поведения человека. Об этом говорил еще автор Экклезиаста: «...нет лучшего для человека под солнцем, как есть, и пить, и веселиться...» Эти взгляды разделял ученик Сократа Аристипп, который учил, что «лучшая доля не в том, чтобы воздерживаться от наслаждений, а в том, чтобы властвовать над ними, не подчиняясь им». Позже к этой позиции склонялись Эпикур, Гоббс, Локк, Гассенди, Гельвеций, Гольбах и др.
В этике аскетизма идеалом жизни провозглашалось добровольное отречение от наслаждений и желаний, культ страданий и лишений, отказ от благ жизни и привилегий. Наибольшее развитие эта концепция получила в христианстве, особенно в монашестве, в философских школах киников (Диоген с его девизом "быть нагим и одиноким»), а также в грубоуравнительных тенденциях так называемого "казарменного коммунизма». В концепции утилитаризма величайшей ценностью и основой нравственности считается польза. По словам И. Бентама, смысл этических норм и принципов состоит в том, чтобы содействовать наибольшему счастью для наибольшего числа людей. С точки зрения сторонника утилитаризма Дж. Милля "удовольствие является единственным добром». В "категорическом императиве" И. Кант обосновал как высшую ценность необходимость для всех людей относиться друг к другу только как к цели, но не как к средству.
В ХХ в. учение о ценностях связано с именами таких выдающихся мыслителей и гуманистов, как А. Швейцер, М. Ганди, Б. Рассел, А. Эйнштейн, Дж. Сантаяна. Х. Ортегаи-Гассет, а также с плеядой русских религиозных философов - П. Флоренским, С. Булгаковым, Н.О. Лосским, В.Соловьевым, Н.А. Бердяевым, Л.П. Карсавиным, Н.Ф. Федоровым и др.
Свобода воли - свобода выбора
Свобода воли - понятие, означающее возможность беспрепятственного внутреннего самоопределения человека в выполнении тех или иных целей и задач личности. В истории философской и богословской мысли понятие свободы воли связывалось с вменяемостью человека, с его ответственностью за свои деяния, с исполнением своего долга и осознанием предназначения. Утвердительный, отрицательный или ограничительный ответы на вопрос о возможности свободы воли предопределен выбором той или иной мировоззренческой системы. Сама же воля - это сознательное и свободное устремление человека к осуществлению своей цели, которая для него представляет определенную ценность. Волевой акт имеет характер духовного явления, коренящегося в структуре личности человека и выражающий долженствование. Воля противоположна импульсивным стремлениям и влечениям, а также в ряде ситуаций и витальным потребностям человека (в случаях самоубийства). Как правило, понятие воли относят к зрелой личности, полностью отдающей себе отчет в своих действиях и поступках. В истории философской мысли воля трактовалась двояко: во-первых, как следствие природной или сверхприродной детерминации (Бог, Абсолют), во-вторых, - как самополагающая сила, определяющая весь жизненный процесс человека (Шопенгауэр, Ницше). Волевые качества человека определяются отчасти генетически, отчасти воспитываются окружающей средой, входя в структуру характера личности.
Некоторые ученые связывают основные тенденции поведения человека с генетическими задатками характера, темперамента, пропагандируя идею, что постепенно само по себе исчезнет то, что уходит своими корнями в пережитки прошлого в сознании и поведении людей, уменьшится число «эксцессов темперамента», а также случаев неосторожного причинения вреда. Однако антиобщественные проявления такого рода, которые не являются преступлениями в собственном смысле слова, окажутся менее податливыми к социальным воздействиям и сохранятся в течение длительного времени.
Выходит, что антиобщественные поступки (хотя бы немногие) имеют не социальные, а биологические корни - из этой посылки вытекает, что об окончательной ликвидации антиобщественных поступков не может быть и речи. Однако характер человека, имея естественную физиологическую основу, приобретает законченность только как социальный продукт: продукт общесоциальных и личных условий жизни и деятельности человека. Это некий «сплав» анатомо-физиологических особенностей организма и общего уровня жизни общества, его устоев.
Отрицательные черты характера и темперамента человека, безусловно, нередко проявляют себя в виде правонарушений. Б.С. Никифоров связывает «эксцессы темперамента» и неосторожные преступления с недисциплинированностью и невнимательным отношением к общественным интересам и интересам других людей. Однако А.Б. Сахаров отмечал, что гораздо чаще отрицательные черты характера, темперамента оказываются лишь условием, способствующим	конкретным проявлениям других антиобщественных взглядов и чувств нарушителя (ревность, презрение к женщине, неуважение к людям другой национальности или расы и т.п.) Только в комбинации с неблагоприятными личными или общественными условиями и обстоятельствами, а не сами по себе отрицательные черты характера, темперамента приводят к противоправному поведению. Иначе все плохо воспитанные люди бы становились преступниками.
Однако всегда есть проблема выбора - выбора, как поступить. Любая критическая ситуация не ведет сама по себе к преступлению, совершить проступок либо не совершать всегда решает своей волей и своим сознанием человек сам. В противном случае, если бы объективные условия в любой момент допускали возможность только одного варианта поведения и исключали бы всякое участие сознания в выборе поступков, очевидно, следовало бы попросту снять вопрос о нормативном регулировании общественных отношений и об ответственности людей за свое поведение. Именно способность человека в объективно обусловленных пределах выбирать различные варианты поведения и самостоятельно принимать решения составляет содержание относительной свободы воли.
Возможность выбора различных вариантов поведения нельзя, конечно, объяснять только активной, творческой ролью сознания, его относительной самостоятельностью. Такая возможность имеет корни в объективной действительности, которая представляет собой сложное переплетение объективных закономерностей естественного и общественного развития и определяемых ими конкретных жизненных явлений с обстоятельствами и ситуациями, не вытекающими из этих закономерностей, а подчас конфликтующими с ними. Именно противоречивость действительности составляет объективную основу выбора в данных конкретных условиях различных поступков.
Другой, такой же объективной, основой выбора решения является противоречие между действительностью, с которой сталкивается индивид, и прошлым, накопленным опытом, олицетворенным в его «я» и преломленным в сознании, мышлении, характере данного «я». Это - противоречие между конкретной ситуацией, требующей определенного выбора решения, и условиями предыдущего развития, в которых формировался человек.
Следовательно, противоречивая действительность создает возможность неодинаковых решений и выбора различных вариантов поведения, а человек благодаря сознанию и воле использует эту возможность, принимает решение и делает выбор. Как нетрудно заметить, внешние факторы, с одной стороны, сознание и воля - с другой, играют различную роль в механизме избирательного поведения. Поэтому можно согласиться с тем, что «волю, психическое нельзя ставить в один ряд с внешними факторами» в смысле их равноценности или независимости психического от внешнего. Однако это вовсе не значит, что волю, психическое нельзя рассматривать «как элемент причинности, как одно из обстоятельств, которые в совокупности с внешними причинами обусловливают человеческое поведение». Сознание, воля включаются в общий причинный ряд вместе с другими факторами, определяют тот или иной вариант поведения, но не абсолютно свободно, а в пределах, которые ставит объективная действительность. Относительную свободу человеческой воли, детерминированную внешними (социальными и естественными) условиями жизни индивида, а также его физической конституцией и прирожденными инстинктами, следует отличать от свободы как использования человеком объективных законов для достижения своих целей, как основанного на знании этих законов господства его над обстоятельствами и над самим собой.
В первом аспекте человеческая воля в каждом конкретном случае, как правило, и несвободна (объективно обусловлена), и свободна (зависит в определенных границах от активно формирующегося, саморегулирующаяся и самосовершенствующегося человеческого сознания), т.е. относительно свободна. В этом аспекте свобода воли означает возможность выбора поведения и способность действовать согласно собственным решениям. Совершенно очевидно, что нужно проводить различия между двумя указанными аспектами свободы воли, ни в коем случае не смешивать их, иначе существует опасность принципиально нервных заключений. Между тем именно такую ошибку допускали некоторые авторы. Так, Н.А. Беляев и Д.А. Керимов пишут: «Нарушение требований законности практически выражается в совершении деяний, противоречащих развитию объективных закономерностей. Свобода же личности проявляется в действиях, соответствующих познанным закономерностям. Поэтому правонарушения не могут рассматриваться как поступки личности, действующей свободно». Избирательный момент в сознании и поведении правонарушителя авторы не считают свободой воли и выступают против утверждения, что свобода воли - необходимая предпосылка виновности лица, совершившего преступление.
Такую позицию нельзя признать правильной. Деятельность в соответствии с познанной необходимостью и выбор различных вариантов поведения - два самостоятельных аспекта свободы воли человека. Различие между ними покоится на том, что воля индивида рассматривается в разных связях. С одной стороны, воля соотносится с объективными закономерностями естественного и общественного развития, с другой - с собственным поведением лица. В первом аспекте она выступает как нечто производное и обусловленное. При этом обусловленность понимается в том смысле, что объективный мир очерчивает границы, которыми связана воля, но в пределах которых она, несомненно, обладает свободой, причем сами объективно обусловленные границы не остаются неподвижными и с развитием познания и переходом от общественных отношений одного порядка к общественным отношениям более высокого порядка расширяются. Во втором аспекте свобода воли выступает (в ряду других факторов) как нечто первичное. Здесь поведение лица ограничено не только существующими объективными факторами, но и собственной волей деятеля. Именно в этом аспекте свобода воли составляет то непременное условие, без которого невозможно никакое обоснование и возложение ответственности.
Сказанное не означает, что свобода воли как господство человека над обстоятельствами и над самим собой не имеет никакого отношения к решению вопроса о том, можно ли регулировать поведение людей социальными нормами и ставить в упрек субъекту допущенное им нарушение этих норм. Напротив, раз человек в состоянии познать законы действительности и использовать их в своих целях, раз он господствует над обстоятельствами и над самим собой, значит, и с этой позиции его поведение можно регулировать социальными нормами и он должен нести ответственность за свои поступки, значит, ему тем более можно ставить в упрек то, что он совершает поступок, расходящийся с закономерностями развития общества.
Против выделения двух сторон свободы воли выступает и К.Ф. Тихонов. Он считает неправомерным противопоставление философского понятия свободы и свободы выбора поведения. Автор утверждает далее, что такое разграничение по существу снимает вопрос о материалистическом обосновании ответственности. Наконец, по его мнению, обоснование ответственности свободой выбора поведения не устраняет тех противоречий, которые возникли при индетерминистическом толковании ответственности: в частности, ссылкой на свободу выбора трудно объяснить ответственность за преступления, совершенные по небрежности.
Аргументация К.Ф. Тихонова вызывает серьезные возражения. Прежде всего, непонятно, почему выделение двух сторон свободы воли нужно рассматривать в плане их противопоставления. Ведь подчеркивание различных сторон явления еще не означает их противопоставления. Свобода воли как господство человека над обстоятельствами и над самим собой и свобода воли как возможность выбора в данной ситуации различных вариантов поведения взаимосвязаны.
В русском языке термин «воля» идентичен понятию свободы, дозволенности. Чтобы понять сущность феномена свободы личности, нужно разобраться в противоречиях волюнтаризма и фатализма, определить границы необходимости, без которой немыслима реализация свободы.
Социально-политическая практика - волюнтаризм
Волюнтаризм - это признание примата воли над другими проявлениями духовной жизни человека, включая мышление. Корни волюнтаризма содержатся в христианской догматике, учении Канта, Фихте, Шопенгауэра, Гартмана, Ницше. Воля считается слепым, неразумным первоначалом мира, диктующим свои законы человеку. Как крайнее выражение этического релятивизма, волюнтаризм в основном проявляется в социально-политической практике как попытка, не считаясь с объективными законами, произвольно, решать проблемы жизни общества.
Действовать в духе волюнтаризма - значит не считаться с объективными условиями бытия, с законами природы и общества, выдавая свой произвол за высшую мудрость. Таких примеров немало, в том числе и в недавней истории нашего общества. Многие революционеры испытывали своеобразное нетерпение, желание «подтолкнуть» ход истории и навязать ей свою (часто очень сильную) волю. История рано или поздно показывала утопичность таких попыток, за которые народы расплачивались кровью, нищетой, замедлением развития. Говоря приблизительно, свобода воли означает свободу выбора.
Фатализм
Фатализм, напротив, предопределяет изначально весь ход жизни человека и его поступки, объясняя это то ли судьбой (в мифологии и язычестве), то ли волей Бога (в христианстве и исламе), то ли детерминизмом замкнутой системы, где каждое последующее событие жестко связано с предыдущими (системы Гоббса, Спинозы, Лапласа). Здесь по сути дела не остается места для свободного выбора, ибо нет альтернатив. Жесткая необходимость и вытекающая отсюда полная предсказуемость основных этапов жизни человека и главных событий характерна для астрологии и других оккультных учений прошлого и настоящего, равно как и для всевозможных социальный утопий и антиутопий, отраженных в произведениях Л. Платонова, Дж. Оруэлла, О. Хаксли и др. Вместе с тем, очевидно, что игнорирование необходимости (природной, исторической и т.д.) чревато произволом и вседозволенностью, анархией и хаосом, что вообще исключает свободу. Таким образом, можно прийти к выводу, что свобода есть нечто большее, чем учет объективной необходимости и устранение внешних ограничений. Гораздо более существенна внутренняя свобода, «свобода для», свобода в выборе истины, добра и красоты.
Детерминизм
Отрицание свободы воли есть детерминизм - теория, согласно которой ни один индивид не может контролировать собственные действия.
По мнению детерминистов, все действия людей обусловлены неподконтрольными им факторами. Человеческие поступки обусловливаются не свободным выбором, но генетическим кодом, инстинктами, переживаниями раннего детства или социальной средой. Железный закон причинности гласит, что будущее в некотором смысле уже написано и не подлежит изменению.
Детерминизм можно рассматривать, с одной стороны, как позитивный и негативный, с другой - как жесткий и нежесткий. В повседневной жизни мы чувствуем, что можем выбирать. С другой стороны, мы видим господство закона причинности в природе в целом и знаем, что мы сами составляем часть природы.
Некоторые философы настаивают на существовании свободы воли отчасти потому, что, по их мнению, отрицание ее приведет к вредным последствиям для нравственности.
Для защиты теории свободы человеческой воли недостаточно просто опровергнуть детерминизм, поскольку свобода воли не есть простое отсутствие причинности, не есть случайность. Даже самые упрямые защитники свободы воли должны признать, что во многих случаях наш выбор и действие детерминированы в слабом, или негативном, смысле слова. например, теоретически возможный выбор может быть негативно детерминирован, т.е. исключен, тем фактом, что мы не рыбы, а человеческие существа. То, что мы не рыбы, естественно, накладывает на нас определенные ограничения - мы, например, не можем выбрать подводный образ существования, поскольку у нас нет жабр. Однако такая детерминированность не означает ограничение или уменьшение свободы. Вы не можете выбрать невозможное, поэтому вопрос о выборе (свободном или несвободном) не возникает. 
Человеческие существа детерминированы также позитивно, хотя часто в очень общей форме. Обычно мы действуем по-человечески просто потому, что являемся человеческими существами. Но эти человеческие рамки допускают многообразные действия.
Если человеческие действия беспричинны, являются результатом случая, то индивид не свободен. Человека, чье поведение определяется случаем, следует назвать не свободным, а безумным. Как бы то ни было, действия, являющиеся результатом выбора, не случайны. И если вы сделали выбор совершить некий поступок, то едва ли можно говорить, что все произошло по чистой случайности.
С другой стороны, если все человеческие действия причинно обусловлены, индивид опять-таки не свободен. Ведь если все действия человека причинно обусловлены, то так же обусловлен его выбор. Выбор не может ускользнуть от господства причинности. Чаще всего выбор определяется инстинктом или социальной средой. Мы можем предположить, что в наше рассуждение вкралась ошибка, поскольку два противоположных тезиса привели к одному и тому же заключению о несуществовании свободы воли.
Юм пытался разрешить данную дилемму, доказывая, что свобода воли и причинность не являются противоположностями. Свободная воля, говорит он, совместима с причинностью, более того, зависит от причинности. Мы можем сделать свободный выбор только в мире, где правит причинность. Иначе мы не могли бы знать, что произойдет после того, как мы сделали свой выбор, а потому наш выбор был бы бессмысленен. Сам выбор как таковой есть причина: в мире без причинности выбор не имел бы никаких последствий.
Юм говорит о единообразии и действиях всех людей любых наций и возрастов, а также что человеческая природа остается одной и той же во всех ее принципах и действиях. Говоря более современным языком, одинаковые действия производятся одинаковыми причинами, и человеческие существа детерминированы равным образом биологической программой.
Наличие общечеловеческой программы вполне совместимо со свободой действовать многообразными способами. Простое наблюдение показывает, что общая биологическая программа не мешает людям весьма по-разному развивать (или губить) свои человеческие способности или наклонности. Поэтому все люди в мире есть и были разными.
Следует ли заключить отсюда, что свобода воли возможна благодаря причинности? Мы вполне могли бы согласиться, что выбор возможен благодаря причинности. Но раз уж мы заговорили о причинности, то должны сказать, что сам выбор является причиной. Однако это скорее объясняет понятие выбора, но не свободного выбора.
Возможно, эта проблема возникает отчасти оттого, что термины «свободная воля», «свобода» и «детерминизм» могут пониматься в разных смыслах. Свобода воли, означающая только способность человека удовлетворять свои потребности в еде, сигаретах, мести и т.д., вполне совместима с детерминизмом. Вы хотите хлеба? Вы способны выйти из дома и купить хлеб - что вы и делаете. Согласно этому объяснению, совершенно неважно, какая причина побудила вас захотеть хлеба.
Если принять данное обоснование свободы воли, то последовательности ради придется признать, в частности, что наркоман вполне может действовать свободно, употребляя наркотик.
Пытаясь отразить такие возражения, некоторые философы предложили теорию желаний второго порядка. Свободу воли следует понимать в том смысле, что человек действует свободно, только если он желает иметь желания, которые фактически имеет. Таким образом, наркоманы действуют не свободно, поскольку они физически желают иметь наркотик, благодаря сформировавшейся наркотической зависимости.
Что же касается желания иметь желание принять наркотик - то это категория нравственная, а не физиологическая. Поэтому если человек не хочет, если спросить у его сознания, но не может, если это касается его организма, то это - явная несвобода. Кроме того, сознание наркомана несвободно в силу тех причин, что оно разрушается наркотиком либо попросту искажается, но в любом случае определенные нарушения в его функционировании налицо.
Но разве обычные люди действительно имеют желание желать, пусть и безобидную, но обязательную пищу? Это звучит не естественно. В данном случае также существует несвобода, поскольку человек должен питаться, чтобы жить. Даже если временно он может отказаться от пищи, но все равно он вынужден будет прервать желаемую ему голодовку. Если бы желание изменилось, и человек не хотел бы хотеть принимать пищу или даже наркотик, зависимость бы все равно сохранилась бы.
Этот пример показывает, что свободная воля - нечто большее, чем просто способность удовлетворить свои желания, даже желания второго порядка.
С проблемой свободной воли тесно связана проблема зла. Зло есть следствие существования свободной человеческой воли. Сторонники этого тезиса доказывают, что вселенная, населенная существами, которые обладают свободной волей, богаче, разнообразнее и в некотором важном смысле лучше вселенной, населенной одними лишь добрыми автоматами. Человеческие существа были бы неизменно добрыми, только если бы они были полностью послушны всем законам, а в этом случае они были бы всего лишь машинами, делающими добро автоматически.
Стало быть, существование свободной человеческой воли объясняет моральное зло, и ценность свободы оправдывает существование свободных человеческих существ - созданий, способных выбрать и добро, и зло.
Однако, если даже существование свободной воли объясняет и оправдывает существование морального зла (а следовательно, отчасти и нарушений норм права), то оно уж ни в коей мере не объясняет его количества. Интуиция подсказывает, что количество зла в мире много больше суммы его, необходимой для обеспечения свободы воли.

2 Феномен ответственности

В философской и юридической литературе категория ответственности рассматривается в двух аспектах - активном (позитивном) и ретроспективном (негативном). Ответственность в ретроспективном смысле есть ответственность за прошлое поведение, но не за всякое, а лишь за поступки, противоречащие определенным социальным нормам.
Как писал в одной из своих работ Фефелов П.А., специфика негативной ответственности в том, что «она предусматривается социальными нормами». Если нарушаются нормы морали, нормы общественных организаций, то указанная реакция выражается в общественном осуждении. Если нарушаются правовые нормы, то наряду с таким осуждением органы государства применяют принудительные меры (взыскание, наказание).
Активная (позитивная) ответственность есть осознание личностью своего долга и обязанностей перед обществом, понимание в этом смысле значения своих поступков.
Например, по мнению Строговича М.С., ответственность - это «осознание лицом необходимости неуклонно и добросовестно исполнять свои обязанности». П.П. Осипов в своей работе «Теоретические основы построения и применения уголовно-правовых санкций» говорит о позитивной ответственности как «о соблюдении социальных требований и следовании общественным ожиданиям». Как видно из приведенных выше определений, они вполне могут быть отнесены к сфере правосознания, так как в их основе лежат такие социально-правовые установки, регулирующие поведение людей, как чувство долга, сознательность. Однако данная конструкция также не содержит каких-либо особых признаков, отличающих эту категорию от общей обязанности соблюдать законы в обществе.
Оба вида ответственности тесно связаны между собой. Чем выше уровень ответственности в активном смысле, тем лучше соблюдаются нормы общественного поведения, тем реже имеет место ответственность в ретроспективном смысле. В.А. Тархов исходит из буквального словесного смысла термина «ответственность», а именно из того, что «в русском языке ответственность определяется как обязанность, необходимость дать отчет в своих действиях, поступках и т.п.» Он полагает, что, «когда общественные отношения осуществляются нормально, ответственность существует, но не применяется. Если же нарушаются правила поведения, не исполняются обязанности, то является необходимость в авторитарном призвании к ответственности». В.А. Тархов не согласен ни с тем, что ответственность связана с осуждением виновного поведения, ни с тем, что ответственность - мера государственного принуждения.
В итоге Тархов В.А. считает возможным сформулировать общее понятие юридической ответственности независимо от ее особенностей в различных отраслях права как «регулируемой правом обязанности дать отчет в своих действиях» По его мнению, «истребование отчета - основной признак и сущность ответственности, а последует ли за отчетом осуждение и наказание - это уже иной вопрос», ибо отчет в своих действиях «вовсе не обязательно влечет за собой применение принуждения».
С концепцией ответственности как обязанности дать отчет в своих действиях имеет точку соприкосновения концепция В.М. Горшенева. Он включает юридическую ответственность в статус личности в качестве важного его компонента и определяет ее (ответственность) как признаваемую государством «способность лица (гражданина, учреждения, органа государства, должностного лица и т.д.) отдавать отчет в своем противоправном поведении и претерпевать на себе меры государственно-принудительного воздействия в форме материальных благ, непосредственно ему принадлежащих». При этом необходимо, по мнению В.М. Горшенева, иметь в виду две стороны или стадии ответственности: первая - это ответственность как общая предпосылка, или статутная ответственность; вторая, наступающая при наличии конкретного правонарушения, - субъективная ответственность. Таким образом, автор переносит статутную ответственность в сферу правоспособности (способность отдавать отчет в противоправности деяний), связывая этот компонент правоспособности с вменяемостью, а субъективную ответственность трактует как обязанность претерпевания лишений. В отличие от Тархова В.А., считающего ответственность необходимостью (обязанностью) дать отчет в своих действиях, имея в виду как позитивную, не связанную с правонарушением обязанность, так и обязанность, существующую после правонарушения, В.М. Горшенев, являясь представителем ретроспективной ответственности, эту обязанность (вторая стадия ответственности) связывает только с правонарушением. Иначе говоря, ретроспективная ответственность - это ответственность за прошлое поведение, противоречащее определенным социальным нормам, в том числе и юридическим.
Подвергая сомнению положение о двух аспектах ответственности, Г.Т. Фаин пишет: «По нашему мнению, подобное деление несостоятельно, так как моральная ответственность в негативном аспекте может рассматриваться только как ее противоположность, т.е. как безответственность». Хотя в данном случае автор говорит только о моральной ответственности, ясно, что вопрос о двух сторонах ответственности имеет более широкое значение.
К сожалению, ответственность в ретроспективном смысле еще недостаточно исследована в общефилософском плане. Объясняется это тем, что философы рассматривают эту проблему преимущественно как юридическую. Но ведь в целом ретроспективная ответственность гораздо шире юридической. Ответственность политическая, моральная, внутри различных общественных организаций, если она выступает как определенная реакция на проступок, тоже относится к такого рода ответственности. Эти виды социальной ответственности юридическая наука почти не изучает. Естественно, что она не может заниматься и выработкой общей теории ретроспективной ответственности вообще.
Ответственность в ретроспективном плане имеет большое значение для регулирования поведения людей. Ее своеобразие состоит в том, что она включается в механизм регулирования общественных отношений в связи с фактами нарушения установленных правил поведения либо, если иметь в виду ее предупредительную роль, с возможностью такого нарушения. Совершенно очевидно, что разработка общего учения об ответственности значительно продвинула бы вперед исследование отдельных видов социальной ответственности, в том числе и правовой.

2.1 Ответственность --- явление социальное

Проблема свободы воли тесно связана с вопросами о моральной ответственности, и потому она встает перед многими людьми. Например, они спрашивают: «Могут ли преступники не делать то, что они делают?» Ведь, кажется, что подлинная нравственность возможна только в том случае, если мы действуем свободно. Если мы не свободны, то не можем отвечать за свои поступки, а значит, по отношению к нам неуместны ни обвинения, ни похвала.
Что же такое ответственность и откуда такой фатализм неотвратимости наказания? Ответственность как социальное явление зародилась вместе с появлением человеческого общества. Становление общества означало возникновение взаимных прав и обязанностей его членов, прежде всего в сфере трудовой деятельности. В процессе общения складывались в виде обычаев определенные правила отношений, обладавшие большим авторитетом и поэтому соблюдавшиеся в большинстве случаев добровольно. Нарушения их рассматривались как посягательства на интересы рода, племени и подвергались немедленному осуждению. Уже тогда имела место ответственность индивида.
Более развернутую и определенную форму социальная ответственность приобретает в классовом обществе, где она в любом ее виде имеет классовый характер. Действующие здесь социальные нормы отличаются значительным разнообразием, что обусловливает существование нескольких видов социальной ответственности (политической, юридической, моральной).
Для того, чтобы лучше понять, что такое юридическая ответственность, раскрыть ее содержание, необходимо хотя бы кратко рассмотреть понятие и предпосылки социальной ответственности вообще, а также черты и признаки основных видов неюридической ответственности.
Ответственность в ретроспективном смысле следует за нарушение социальных норм. В данном случае речь идет о формальном основании ответственности. Материальным ее основанием является причинение вреда тем общественным отношениям, которые урегулированы соответствующими нормами. Нарушения указанных норм означают посягательство на интересы общества, государства, организации и тому подобного социального образования, устанавливающего и поддерживающего эти нормы.
Конечным результатом возложения этой ответственности является наступление для субъекта неблагоприятных последствий: претерпевание им ограничений личного, морального или материального характера. Однако для характеристики ретроспективной ответственности как социальной категории одного указанного признака недостаточно. Нарушения научно-технических норм, правил эксплуатации машин, механизмов и тому подобное также влекут отрицательные последствия: недостижение желаемого результата, человеческие жертвы, материальный ущерб и т.п. И, тем не менее, эти последствия не означают ответственности субъекта. Если человек совершил поступок, полезный или, по крайней мере, безразличный для народа, организации, государства, но, по каким-либо причинам неблагоприятный для него самого, - он тоже испытывает отрицательные последствия. Например, он может испытать разочарование, избрав профессию, чуждую его интересам и призванию, и т.д. Такое претерпевание неблагоприятных последствий своего поведения, определенных лишений можно назвать моральной ответственностью. Это - ответственность перед самим собой, ибо здесь лишения, которые претерпевает человек, есть лишение самим себя известных ценностей.
Ретроспективная ответственность является особым общественным отношением между лицом, совершившим проступок, и народом, организацией, государством. В ее основе лежит нарушение лицом интересов определенного социального образования. Соответственно, те отрицательные последствия, которые испытывает нарушитель, не есть нечто, чего он сам себя лишает. Лишения причиняют ему общество, организация, государство. Это неблагоприятная для лица и внешняя по отношению к нему, его жизни реакция данного социального образования на противоречащий интересам последнего поступок. Содержание общественной реакции включает в себя следующие моменты: от лица, совершившего проступок, требуется ответ по поводу содеянного; оно подвергается осуждению, порицанию, если проступок был совершен по его вине (умыслу или неосторожности); наконец, лицо испытывает разного рода невыгодные для него организационно-политические, личные или имущественные последствия, к нему применяются меры морального государственного принуждения. Соответственно лицо дает ответ относительно проступка, теряет во мнении людей, если была его вина. В причиняемых нарушителю лишениях проявляется принудительный характер ответственности. 
Ответственность является общественным отношением не только с точки зрения содержания (охрана интересов общества), но и с точки зрения формы (тут есть сторона, которая причиняет лишения, и сторона, которая их претерпевает). Конечно, в ряде случаев лицо может воспринимать неблагоприятную социальную реакцию как лишение чего-то самим себя. Но такое восприятие общественной реакции, сочетание ее с ответственностью перед самим собой не всегда имеет место. Его нет у людей со сложившейся антиобщественной внутренней установкой. Оно отсутствует и тогда, когда отрицательная реакция общества несправедлива либо потому, что характер и степень реакции не соответствует серьезности проступка. Следовательно, человек может по-разному относиться к ответственности перед определенным социальным образованием.
Однако с точки зрения характеристики существенных признаков ретроспективной ответственности как социального явления, внутреннее отношение лица, несущего такую ответственность, учитываться не может. Некоторые юристы, которые подчеркивают, прежде всего, психологический характер ответственности индивида и сводят социальную ответственность к тому, как переживает ее личность, принимая за «отрицательный» аспект ответственности само осознание справедливости наказания и считая моральную и юридическую ответственность неотъемлемым свойством человеческой личности.
Существование социальной ответственности определяется рядом объективных (общественная природа человека и урегулированность общественных отношений социальными нормами) и субъективных предпосылок. Как общественное существо человек выступает носителем и участником разнообразных социальных связей. Он находится в определенных отношениях с обществом в целом, государством, участвует в деятельности одной или нескольких общественных организаций. Индивид является членом различных по своему характеру и непосредственному назначению коллективов - производственного, семейно-бытового, спортивного, научно-технического и т.п.
Всякая совместная жизнь обусловливает наличие социальных норм, регулирующих обычные, повторяющиеся отношения между членами общества, коллектива. Сами по себе общественные отношения не имеют нормативного характера, не обладают нормативностью в качестве имманентного, присущего им свойства. Поэтому выражение «общественное отношение носит нормативный характер» представляется неточным. Но общественные отношения, несомненно, имеют признак урегулированности социальными нормами, создаваемыми обществом, государством, общественной организацией специально для целей регламентации.
Существование коллектива, установление взаимных прав и обязанностей его членов, словом, нормальное общежитие, невозможны без упорядочивающего воздействия определенной системы общеобязательных норм (правил поведения). Деяние, противоречащее этим нормам (правилам), влечет ответственность нарушителя. Следовательно, сама ответственность возможна лишь при условии предварительного предъявления к поведению людей определенных требований, сформулированных устно или письменно в соответствующих нормах. Установление и поддержание данных норм предполагает наличие известной подчиненности участников общественных отношений выраженной в этих нормах воле.
Способностью создавать нормы, обязательные для всех или многих, возможностями подчинять своей воле, властью принудить к соблюдению выработанных правил поведения обладают лишь коллектив, общество и их организации. Отдельные лица пользуются такими полномочиями постольку, поскольку выступают от имени определенного социального образования, выражают его волю, опираются на его поддержку. Таким образом, в любой разновидности социальных норм отражается общегрупповая (коллективная) воля, а ответственность, наступающая вследствие их нарушения, представляет собой реакцию на поступок со стороны определенного социального образования.
Необходимой субъективной предпосылкой социальной ответственности является свобода воли человека. Социальные нормы обращены к воле людей, и пределы возможной сферы действия данных норм ограничиваются теми общественными отношениями, которые зависят от этой воли. Регулировать общественные отношения с помощью социальных норм, направлять поведение людей в том или ином плане, осуждать человека за поведение, отклоняющееся от требований этих норм, возможно лишь при условии свободы человеческой воли.

2.2 Юридическая ответственность

Особенность правовой ответственности, прежде всего, в том, что нежелательные последствия предусматриваются в правовых нормах на случай совершения правонарушения. Чтобы они стали результатом неправомерного поведения, содеянное должно явиться основанием для возникновения охранительного правоотношения. Резюмируя, что предпосылкой негативной ответственности выступает урегулированность ее социальными нормами, может быть сделан вывод, что, в принципе, существует столько видов социальной ответственности, сколько видов социальных норм действует в обществе (политическая, моральная). Следовательно, юридическая ответственность является самостоятельным видом негативной социальной ответственности.
Кардинальное преобразование нашего общества люди чаще всего связывают с правом, с правовым государством, с правосудием, с правами человека. Объективно в области права существуют только психические переживания, связанные с представлением одного человека, пользующегося каким-либо правом требовать выполнения определенных обязанностей, лежащих на другом человеке.
Исследование правовой ответственности в системе других видов социальной ответственности позволяет, с одной стороны, выявить то общее, что объединяет правовую ответственность с иными разновидностями ответственности, а с другой - определить ее особенности как специфического вида социальной ответственности. В целом ретроспективная ответственность гораздо шире юридической. Ответственность политическая, моральная, внутри различных общественных организаций, если она выступает как определенная реакция на проступок, тоже относится к такого рода ответственности. Эти виды социальной ответственности юридическая наука почти не изучает. Для получения общей картины ответственности в правовом аспекте обратимся к общепринятым источникам: энциклопедиям и словарям.
В общем виде юридическая ответственность - это государственное принуждение к исполнению требований права. Это один из видов социальной ответственности, предусмотренная нормами права обязанность субъекта правонарушения претерпевать неблагоприятные последствия. Юридическая ответственность представляет собой правоотношение, каждая из сторон которого обязана отвечать за свои поступки перед другой стороной, государством и обществом. В правовой науке нет общепринятого мнения о сущности юридической ответственности. Одна группа ученых считает, что юридическая ответственность - это санкция за правонарушения. Разделяя понятие юридической ответственности и санкции, другие ученые считают, что юридическая ответственность связана не просто с санкцией, но с санкцией в действии, с применением ее к правонарушителю. В литературе о юридической ответственности говорят не только как о санкции, но и как об обязанности отвечать за совершенное правонарушение.
Следовательно, в соответствии с изложенным можно сделать вывод, что ответственность за правонарушение есть наказание перед обществом и государством и виновное лицо должно понести ответственность: претерпеть действие тех санкций, которые применяет к нему соответствующий орган государства. Это определение --- общая формула; в зависимости от вида ответственности она конкретизируется.
Если в определенных общественных отношениях человек более или менее свободно выбирает различные варианты поведения, значит, он руководствуется собственным сознанием и правосознанием. Такие отношения можно регулировать с помощью права и иных социальных норм. Общественные отношения, участники которых лишены возможности выбора решения или способности руководить своими поступками, не дают человеку возможности осознать свою моральную ответственность за выбор варианта поведения.
Равным образом, если поведение человека в известных пределах зависит от его свободного решения, значит, он может нести ответственность за свои поступки. В то же время невозможна ответственность лиц, лишенных вообще или в данном конкретном случае в силу возраста возможности самостоятельно принимать решения.

Заключение

Научное знание безразлично к смыслам, целям, ценностям и интересам человека. Напротив, философское знание - это и есть знание о месте и роли человека в мире. Такое знание глубоко личностно, императивно (то есть обязывает к определенному образу жизни и действия). Философская истина объективна, но переживается она каждым по-своему, в соответствии с личным жизненным и моральным опытом.
Философия являет собою полную противоположность всем иным формам и сферам человеческой активности. Она возможна лишь в постоянном процессе самообращенности, самовоспоминания. И то, и другое совершается как акт рефлексии, то есть осознанно. А это значит, что современный философ, как бы оригинален он ни был, мыслит не только от своего имени, но и от имени философов прошлых веков, от имени философии в целом. Вот почему история философии - не «часть» ее, а основа, ее суть, ее самосознание.
Свобода - одна из основных философских категорий, характеризующих сущность человека и его существование, состоящие из возможности личности мыслить и поступать в соответствии со своими представлениями и желаниями, а не вследствие внутреннего или внешнего принуждения.
Социальное регулирование первобытных обществ можно рассматривать в качестве предправового социального явления. В нем по мере общественного развития, с численным ростом населения, с нарушением однородности людей, появлением различий между людьми по происхождению, по богатству все более накапливаются элементы, которые потом, когда сложились необходимые социальные факторы, являются предпосылкой появления права.
Право при переходе общества к цивилизации возникло не вдруг, не на пустом месте: его появление в какой-то мере было подготовлено развитием системы социального регулирования первобытных обществ. Обществу в эпоху цивилизации потребовался принципиально новый социальный регулятор, который смог бы выполнить, по крайней мере, две задачи.
Первая - обеспечить в обстановке усложнения всей общественной жизни функционирование общества как сложной и динамической системы, целостного организма, несравненно более высокого порядка, чем первобытное общество. И притом такое функционирование, которое определяет глубинные (нормативные) начала общества. Непосредственно существенную роль сыграли потребности экономических отношений, складывающихся в условиях частной собственности, товарного производства и рынка. Потребность закрепить, сделать незыблемой собственность, создать беспрепятственное распоряжение ею, утвердить экономический статус товаровладельцев, необходимость обеспечить для них устойчивые и гарантированные экономические связи, постоянные, прочные и обязательные для всех предпосылки хозяйственной, коммерческой деятельности, надежные и стабильные предпосылки для самостоятельности, активности, инициативного действия явились исходным источником многих важнейших свойств юридической формы общественного регулирования.
Второй задачей в условиях цивилизации явилась необходимость провести в жизнь исходное гуманитарное начало - закрепить и обеспечить надлежащий статус автономной личности, ее индивидуальную свободу, следствием чего в экономических отношениях является право собственности и свобода договоров, а в социально-политической сфере - личные, политические и социальные права и свободы.
Возникновение этого социального регулятора, получившего название ''право``, связано с формированием государственной власти, ее институционного выражения - государства. Возникновение права непосредственно обусловлено требованиями самого общества, вступившего в эпоху цивилизации, прежде всего требованиями обеспечения его целостности, товарно-рыночной экономики, а также гуманитарными началами. А вот обретение этим принципиально новым регулятором необходимых свойств, позволяющих ему быть мощной силой, способной решать новые сложные задачи, невозможно без государства, без взаимодействия с ним.
Ключевой, внешне зримый момент, наглядно свидетельствующий о возникновении права, - это появление в сфере официальной государственной жизни писаных норм (точнее, писаных источников права и формально-определенных норм), закрепляющих права и обязанности, поддерживаемых государственным принуждением и способных быть носителями интеллектуального содержания (плода интеллектуальной работы). Именно этот момент выражает отрыв регулирования от естественно-необходимых, природных связей и формирование внешне объективированного институционного нормативного образования с набором строго определенных, особых свойств (нормативностью, формальной определенностью, государственной обеспеченностью, системностью).
Бурные социальные потрясения, появление возможности самоуничтожения человечества, возникновение глобальных проблем, компьютерная революция - все это до предела обострило традиционные проблемы систем духовных ценностей. На первый план все более выходят общечеловеческие проблемы, связанные с признанием абсолютной ценностью самой жизни человека и сохранением среды его обитания. Поэтому появление концепций "благоговения перед жизнью`` (А. Швейцер), "заслужи любовь ближнего`` (Г. Селье), "цели для человечества`` (А. Печчеи), "путь ненасилия`` (М. Ганди), "ноосферы`` (В.И. Вернандский) и других не случайно, а отражает современный этап развития общечеловеческих идеалов.
В этом же русле немало сделали и русские мыслители конца 19 - начала 20 в. Нужно упомянуть принцип соборности, означающий сочетание единства и свободы многих лиц на основе их общей любви к Богу и всем абсолютным ценностям. В целом, для отечественной философской мысли очень характерно ценностное восприятие мира и конкретность идеалов и ценностей. То же самое можно отнести и к эстетическим ценностям. Известное выражение Ф.М.Достоевского "красота спасет мир`` нужно понимать не изолированно, а в общем контексте развития идеалов человечества.
При всех зигзагах мировой истории, в целом человечество движется по пути гуманизации отношений людей, утверждения общечеловеческой системы ценностей, признания ведущей роли личности человека в прогрессе. Таким образом, понятия личности, свободы, ценностей обогащают и расширяют наше представление о человеке, его прошлом, настоящем и будущем. Эти "измерения`` человека позволяют правильно понять и устройство общества, как феномена, порожденного в процессе человеческой деятельности.

Список литературы

1.	Базылев С. Сущность позитивной юридической ответственности // Правоведение - 1979 - №4
2.	Беляев Н.А., Керимов Д.А., Личность и законность, кн. «Человек и общество», вып. 1 - изд-во ЛГУ - 1966 - 138 с.
3.	Дроздов А.В. «Человек и общественные отношения» - изд-во ЛГУ - 1966 - 132 с.
4.	Керимов Д.А. «Свобода и право» - «Философские науки» - 1964 - №3
5.	Меньшиков В.В., «К вопросу о соотношении моральной и юридической ответственности в социалистическим обществе», кн. «Проблемы правоведения» - Новосибирск - 1967 - 480 с.
6.	«О личности преступника и причинах преступности в СССР» - Госюриздат 1961 – 167 с.
7.	«Психология» - Госпедиздат - 1962 - 526 с.
8.	Самощенко И.С., Фарукшин М.Х. «Ответственность по советскому законодательству» - М., «Юридическая литература» - 1971 – 240 с.
9.	Тархов В.А. «Ответственность по советскому гражданскому праву» - Изд-во Саратовского ун-та, - 1973 - 126 с.
10.	Тейчман Дж., Эванс К. - Философия. Руководство для начинающих: Пер. с англ. - М.: Изд-во «Весь Мир» - 1997 - 248 с.
11.	Философия: Учебник для высших учебных заведений --- Ростов на Дону: "Феникс", 1995 - 576 с.
12.	Юридический энциклопедический словарь /под ред. Ермакова В.Д./, М.- 1997 – 374