1)Гипотеза "адаптивного компромисса" предложена для объяснения того обстоятельства, что многие живые организмы  далеки от совершенства, их приспособленность относительна, а многим чертам строения  не удается приписать  адаптивного смысла. Поскольку жизнь предъявляет к каждому организму множество разнообразных  противоречивых требований, задачей эволюции становится поиск  компромисса. Нельзя достичь совершенства во всем сразу, поэтому чем-то приходится жертвовать. Кроме того  разные части организма, предназначенные для выполнения разных функций, должны соответствовать не только требованиям внешней среды, но и друг другу. Они должны быть взаимно приспособлены, чтобы организм исправно функционировал как целое. Это ограничивает спектр возможных (разрешенных) эволюционных преобразований и делает эволюцию отчасти направленной и предсказуемой.
Модель эволюции вымышленного существа Protozoon позволяет дополнить представления о компромиссе, сделав акцент на проблеме внешних и внутренних регуляторов.
Появление  многообразия форм Metazoon стало возможно только благодаря тому, что у исходного Protozoon уже имелась элементарная система регуляции жизненного цикла, включающая один внутренний регуляторный фактор. Клетка Protozoon, решая, какой из двух вариантов деления ей выбрать (митоз или мейоз), ориентировалась не на внешние факторы (температуру и т.п.), а на внутренние. Она принимала решение в зависимости от концентрации в цитоплазме вещества X, выделяемого глазком. Без этого внутреннего регулятора никакого подобия целостного организма в  модели не получилось бы.
Наличие внутренних регуляторных связей является необходимым условием прогрессивного развития системы. Например, у нашего Protozoon в хороших условиях целесообразно было выполнение клеткой двух функций: 1. образование глазка и 2. размножение путем митоза. Но если бы каждая из этих функций регулировалась внешними условиями независимо одна от другой, Protozoon не смог бы так легко превратиться в сложный многоклеточный организм. У Protozoon внешние условия определяли только развитие глазка, а уже глазок, в свою очередь, вызывал митоз. Митоз стал реакцией на состояние не внешней, а внутренней среды организма.
На самом деле хоть это и неудобно, но в значительной мере неизбежно, потому что клетка — это целостная система. Появление глазка меняет структуру и внутреннюю среду клетки. Если в течение долгого времени большинство клеток, совершающих митоз, имели при этом глазок, то в процессе постепенного, медленного совершенствования механизма регуляции митоза у Protozoon должна была произойти "подгонка" этого механизма к ситуации наличия глазка, т. е. именно к такой внутренней среде и структуре клетки, которая определяется глазком. То же самое происходило и с механизмом мейоза. Это своего рода специализация, неизбежно происходящая в стабильных условиях под действием отбора ("стабильность" в данном случае состояла в стабильном, повторяющемся совпадении наличия глазка с митозом, отсутствия глазка — с мейозом). Точно так же, например, внутриклеточные симбиотические бактерии  быстро "привыкают" к удобной и обеспеченной жизни внутри клеток хозяина и утрачивают способность жить самостоятельно. Точно так же и мы очень быстро привыкаем к разным новым удобствам и удовольствиям, и чем сильнее привычка, тем труднее потом отвыкать.
В результате спустя какое-то время оказалось, что митоз у Protozoon наилучшим образом происходит в клетках с глазком, а мейоз — в клетках без глазка. Гаметы, образующиеся в клетках с глазком, оказываются менее жизнеспособными; то же относится и к молодым клеткам, образовавшимся в результате митотического деления клетки без глазка.
Очевидной становится целесообразность прочного закрепления связей "глазок-митоз" и "отсутствие глазка — мейоз".
Еще очевиднее это у Metazoon. Допустим, отбор благоприятствовал крупным организмам и был закреплен в качестве нормы двойной цикл, показанный на последнем рисунке. Что произойдет, если  восстановится древняя, исходная форма регуляции митоза/мейоза — напрямую внешними условиями? В "плохих" условиях все зиготы будут сразу "разваливаться" на гаметы, и это даст хороший шанс всей популяции погибнуть, т. к. гаметы — самая уязвимая стадия; если же популяция и выживет, то вернется в исходное одноклеточное состояние до тех пор, пока условия не улучшатся. В "хороших" условиях дело пойдет гораздо хуже. Будут расти бесформенные многоглазчатые комки клеток или бесконечные нити, ветвящиеся или нет в зависимости от возможности образования глазков в их середине. Онтогенез и организм как целостные системы будут полностью разрушены.
В процессе эволюции должен достигаться регуляторный компромисс между требованиями адаптивности (соответствия внешним условиям) и требованиями целостности системы.
Первая группа требований, диктуемая отношениями организма с внешней средой, стремится увеличить роль внешних регуляций (чтобы адекватно реагировать на изменение условий).
Вторая группа требований, диктуемая целостностью онтогенеза и организма, стремится увеличить роль внутренних регуляций (чтобы отдельные части и функции сложной системы, подогнанные друг к другу, развивались и действовали согласованно).
У более сложных организмов регуляторный компромисс должен все больше склоняться в сторону преобладания внутренних регуляций (чем сложнее система, тем более опасным становится рассогласование ее частей). Это необходимо чем-то компенсировать, поскольку такое нарастающее "замыкание" регуляций внутри организма ведет к росту несоответствия между требованиями меняющейся среды и поведением живого существа, которое становится саморегулирующимся и самодовлеющим.
1. формированием принципиально новых внешних регуляторных связей, причем новые регуляторы должны действовать не непосредственно на базовые процессы в организме, а на системы их внутренней регуляции;
2. повышением независимости организма от внешних условий путем поддержания внутреннего гомеостаза (температуры тела, рН, осмотического давления и др.), чтобы внешние факторы реже вступали в противоречие с внутренними процессами;
3. искусственным созданием или нахождением для себя подходящих условий (термитники, гнезда, другие укрытия или жилища); преобразованием среды; активным перемещением в места, где условия благоприятны (сезонные миграции птиц, суточные миграции планктона и др).
Любой из перечисленных путей требует  усложнения организма и онтогенеза. Первый путь вводит новые регуляторные связи — это усложнение "по определению". Второй путь требует прогрессивного развития обмена веществ, покровных тканей — здесь  без усложнения всей системы не обойтись. Третий путь требует развития нервной системы — регуляторики самого высокого уровня.
2)Эволюционная гипотеза прерванной равновесия. Как вам известно, биологические системы всех уровней организации способны функционировать только при установившихся или периодически меняющихся внутренних и внешних условиях. Непериодические изменения интенсивности экологических (эволюционных) факторов, превышающих пределы устойчивости живых систем, приводящих к разрушению последних, то есть имеют катастрофические последствия. К этим действиям относятся - надвидовые уровне организации живой материи с небольшой степенью интеграции их составляющих - особей в популяциях и популяций в биогеоценозе. Это явление лежит в основе эволюционной гипотезы прерванной равновесия, предложенной американскими учеными Н. Елреджем, С. Гоулдом и С. Стэнли в 70 - 80-х годах XX века и значительно дополненной исследованиями русских ботаников и экологов С.М.Розу-мовського и В . А. Красилова, которые разработали понятие о ценофобив и ценофилив, сопряженная и несопряженную эволюцию, зональные и интразональные экосистемы. Ее основные положения:

1. Каждый этап исторического развития биосферы имеет достаточно стабильные климатические и биотические условия и специфические комплексы видов климаксных биогеоценозов, т.е. существует динамическое равновесие между биотическими и абиотическими составляющими экосистем и биосферы в целом.

2. За резких (катастрофических) изменений окружающей среды, вызванных абиотическими (сдвиг земной коры, изменение уровня Мирового океана и др.)., Биотическими (например, появление покрытосеменных) или антропичних (антропогенными) факторами, равновесие в экосистемах нарушается: наступают локальные или биосферные экологические (биоценотических ) кризиса.

3. При биоценотических кризисов вместе с разрушением экосистем вымирают специализированные виды ценофилив. Выживают только те группы (преимущественно ценофобы), которые вследствие присущей им экологической пластичности успевают приобрести новых адаптаций соответствии с темпами и направлений изменений окружающей среды.

4. При стабилизации условий окружающей среды восстанавливается и равновесие в биосфере в результате изменения самих экосистем и их населения в соответствии с новыми условиями. В это время происходит бурная адаптивная радиация групп организмов, переживших кризис, благодаря которой возникают новые стабильные биогеоценозы с новыми ценофильнимы видами.

5. Темпы эволюции неравномерные: они имеют характер медленных незначительных изменений или совсем незаметные в стабильных биогеоценозах и значительно ускоряются при экологических кризисов.